Armenians and Sea

Пошел третий день какого-то воющего шторма. Если бы не наша спешка, можно было вообще не очень обращать вниманине. А то ведь, то и дело, приходится менять галс, чтобы, подобрав ветер, идти зигзагами. Главное – идти хоть какую-то малость вперед. По крайней мере, к одному узлу пассатного течения прибавляется еще два, а то и три. Вот и успокаиваешь себя. Но этого не хватит. Минимум, в среднем, шесть узлов, чтобы успеть к назначенному часу в Монтевидео. Но теперь и этого будет недостаточно. Однако дело тут не только в нашей гонке. Сам по себе шторм – не на шутку. Уж больно высокие волны и больно язвительный шквальный ветер. Да еще вдобавок постоянные удары корпуса (днища) судна о жесткую поверхность воды, кажется, вконец, разболтали и раздвинули внутренности судна. На сей раз удар пришелся по сердцу связи. Электронной почте. Как известно, она работает, используя спутниковую систему «Иридиум». И тут, что-то там оторвало. Вот уже битый час Арик и Гайк лежа, вскрывая брюхо этой системы связи, ищут там «диагноз». Пока ничего не получается. Именно в этот момент позвонил посол Аргентины Владимир Кармиршарян. Я уже не знал, что ему ответить. Судя по всему, мы вряд ли успеем. И я честно сказал, что у нас происходит. Назвал даже высоту волн – до двухэтажного дома. Посол, не скрывая тревоги, задал гениальный вопрос: «Чем могу помонь?» А я его вопрос принял совершенно нормально и сказал: «Мы сводку погоды получаем по электронной почте. Сейчас лишены этой вожожности. Узнай, пожалуйста, там в соотвествующей метеорологической службе о характеристике, и вообще о прогнозе в нашем регионе. И назвал примерно наше место.
Я даже не мог предположить, что Владимир с такой стремительной скоростью во всем разберется и выдаст нам обо всем в подробностях. И по поводу этажей волн, и по поводу того, что в нашем регионе очень опасная ситуация. И мы стали друг друга успокаивать. Но больше всего удивило то, что через десять минут он вновь позвонил и сказал, что с нами по спутниковому телефону свяжется человек, который является яхтсменом и имеет отношение к метеорологии. И добавил, что человек тот говорит на западноармянском. Действительно, через несколько минут раздался специфический звонок «Иридиума». Думаю, стоит того, чтобы обнародовать запись нашей беседы, которую я тотчас же после ее окончания перенес в блокнот.
- Где вы находись? – сходу спросил басовитый голос .
- Вам дать наши координаты?
- Нет. Лучше, если назовете название какого-нибудь порта, находящегося на траверзе.
Я понял, что человек этот не просто яхтсмен, но и моряк. И тут же ответил:
- Между Флорнианополисом и Губараном.
- Это самый эпицентр урагана, - последовал ответ.
И вдруг он задал странный вопрос, по сути которого я понял, что посол ему не успел дать подробную информацию о нас.
- Куда вы плывете?
- Плывем к вам.
- На чем? Сколько метров длина судна?
- На одномачтовом шлюпе. Двадать метров.
- Да, вам же нельзя находиться там. Вы не должны же были выйти в открытый океан.
- Как зовут тебя? - довольно весело спросил я.
- Каро.
- Каро-джан. Мы не вышли в океан, Мы просто находимся в океане все время. Это не мы выбираем погоду. Это она на выбирает нас.
Каро громко засмеялся и тотчас же вполне серьезно выдал:
- Так вот. У вас там, я смотрю по прогнозной карте – просто многоэжажные дома, а не волны. Скорость ветра от тридцати, а порывами - до сорока пяти узлов в час.
- Так это же почти двадцать метров в секунду. Ураган прямо-таки классический.
- Будет правильно, если вы завернете в какую-нибудь гавань и переждете...
... Лирическое отступление. Я не могу себе отказать в этом. Именно в эту минуту в припляску вышел из камбуза в кают-компанию Гайк с криком: «Яблочный пирог!». Я знал, что он печет его по рецепту своей Анны. Все знали. И ждали. Я стремглав выскочил из своей каюты. Тотчас же предложил, чтобы пирог взял в руки Ваагн, который, кстати, помогал Гайку испечь этот шедевр, а Гайк - чтобы сфотографировал сладкий сюрприз. Если бы Анна знала, какая это вкуснятина - яблочный пирог, испеченный её мужем? ...
Продолжим беседу с Каро.
- Мы подумаем, Каро-джан. Главное, ты нас успокоил по поводу прогноза. А это так важно. Спасибо послу. Честно говоря, до любой гавани - расстояния такие же, как до... полуночи, когда по твоему прогнозу погода должна утихомириться.
Договорились, что встретимся в Буенос-Айресе. Конечно, надо и впрямь поблагодарить нашего посла Владимира Кармиршаряна за такую вот оперативность. Разговор весь я передал капитану, договорились, что идем дальше. В конце концов большую часть протяженности шторма уже прошли.
Как уже отмечалось, шторм этот вывел из строя самое для меня важное. Электронную почту. Ведь все мои репортажи я отправляю только по электронной почте. Это значит накопятся мои материалы. И это в столь ответственное время. На носу у нас дорогой нашему сердцу Уругвай. Так по графику. У нас мало времени. Но мы должны успеть сделать многое. Если надо будет, то я там или задержусь, или, улучив момент, на машине вернусь обратно из Буенос-Айреса. А пока, по традиции, несколько слов об очередньй стране. Об Уругвае.
Сначала о том, когда первые армяне оказались в этой стране. Это было в 1835 году. Кстати, год этот памятный для нашей истории. Именно в том году на Восточном полушарии у самой линии экватора в Сингапуре было завершено строительство церкви святого Григора Просветителя.
Летопись сохранила имена первых армян, прибывших в Уругвай. Как это часто бывает, многие имена во время таможенных и пограничных записей переписывались на свой лад. Теперь уже трудно сказать, как звучало настоящее имя Хуана Акустина Аксаряна. Сохранилось также имя первой женщины-армянки: Мария Пелинчян. Уже на стыке Х1Х-ХХ веков образовалась небольшая колония. В основном – портные, обувщики, торговцы. В начале двадцатых годов после того, как хлынули потоки армянских беженцев в Южную Америку, в Уругвае образовался общинный союз. Это были беженцы из Кесабии, Зейтуна, Мараша, Айнтапа, Кесарии. Мы посетим одну из красивейших церквей спюрка Святого Нерсеса Шнорали в Монтевидео. Одну из красивейших школ Нубаряна-Манукяна. Снимем скульптуру летящего орла на площади «Армения». А пока скажу, что кто-то из ребят «Армении» получит специальный приз, если первым увидит контуры Монтевидео и крикнет: «Вижу землю, вижу твердь, вижу горку!». Именно так переводится Монтевидео. Столица Уругвая.
Уругвай по территории - 88-я в мире страна, по населению 130-я (Армения - 132-я). История его насыщена сплошными трагическими страницами. Может, кроме всего прочего, и поэтому народ этой страны не только сознанием, но и душой и сердцем искренне, без торга, воспринимает боль армянского народа. Приведу всего несколько строк из официального, источника: «В 1811 году в Уругвае началось восстание против колониального господства Испании. В 1814 году рухнуло колониальное господство. В 1816 году Уругвай был оккупирован португальцами. В 1821 насильно был включен в состав Бразилии. В 1825 году – в состав Аргентины. Вскоре была провозглашена независимость... В 1838 году началась продолжительная гражданская война». Но благодаря величию духа народ Уругвая выстоял. Выдюжил. Живет, как часто я читаю, по законам христианской морали. И не удивительно, что Уругвай первым на планете официально признал Геноцид армянского народа в Турции. Признал в 1965 году, когда наш народ, благодаря усилиям Спюрка (особенно Ливанской общины), впервые сам поднял этот вопрос.
Тему эту я продолжу в книге. Продолжу и о том, как мы в конце концов во-время добрались до Монтевидео.
Обрадую нашу невестку Ануш Овсепян и скажу, что приз выиграл ее жених Ваагн Матевосян. Он первым увидел Монтевидео и произнес на армянском «Вижу землю».

Зорий БАЛАЯН
Борт «Армении»
Атлантический океан